Главная » 2013 » Сентябрь » 3 » «Не бейте, мне же больно» – умолял своих мучителей пятилетний малыш
15:29
«Не бейте, мне же больно» – умолял своих мучителей пятилетний малыш
«Не бейте, мне же больно» – умолял своих мучителей пятилетний малыш Свежая могилка на кладбище села Половинного, несмотря на обилие еще не завянувших цветов и венков, все равно кажется маленькой… Да и откуда ей быть большой, если нашедшему в ней последний в своей маленькой жизни приют Артемке лишь за несколько дней до трагедии исполнилось пять лет. Светленький волосенками, взглядом и характером мальчонка и весил­то всего тринадцать килограммов.

– Мы и день рождения ему отметить не успели широко, все же первый юбилей, ждали, когда папа из командировки вернется, – стонет Артемкина мама Ольга, черная от горя и, будучи хрупкой от природы, уменьшившаяся еще. Стонет, потому что сил плакать уже нет. Их, этих слез, выплакано столько за эти дни, что другим на всю жизнь хватит. Окаменел отец мальчонки, до встречи с которым сынишка буквально считал дни. На лекарствах цепляются за ставшую пустой жизнь бабушки и дед, нет лица на родственниках. Да что там – лица нет на большинстве жителей района, которые силятся понять, КАК подобное могло произойти в небольшом по российским меркам селе, куда на все лето присылают ребятишек к бабушкам и дедушкам. А главное – что теперь делать и как жить с ощущением, что малолетние садисты и их родители согласно российским законам ненаказуемы?!

С незнакомыми не гулял
Артема хоронили в шапочке. Без нее было никак – голова разбита. Под одеждой скрылись и синенькие ручки­ножки, по которым изверги молотили кирпичом, железным прутом и палками, связывали веревками, издевались. Мысль, что перетерпел ребенок, который в первое время плакал и просил его не бить, потому что очень больно, не дает покоя не только родителям и близким, но и всем, у кого растут дети и внуки. 
В социальных сетях подозреваемых (такой у них статус) девятилетнего Сашу (имена изменены) и десятилетнего Виталю называют как угодно, только не детьми. Да и действительно, разве ж это дети, если они могли сотворить такое… Сегодня пока не озвучивается ответ парнишек на вопрос, чем им помешал Артемка, за что они его обрекли на такую мученическую смерть. 
– Говорят, они встретили его по дороге, угостили чипсами и, наверное, ударили, – размышляют родители. – Потому что он не то что с незнакомыми, даже со знакомыми никуда не соглашался пойти.

Искали всем селом…
Артемку хватились почти сразу, как только он исчез. Мама протирала машину, а он возился тут же в песке. Потом попросился сбегать к няне, так он звал старшую сестренку, которая играла на детской площадке у многоэтажек, их видно из дома. Часы показывали начало пятого вечера, когда улицы полны возвращающихся с работы людей. Однако, когда буквально через полчаса девочка прибежала домой, оказалось, что брата она не видела. Сначала мама и родные обегали и объездили близлежащую территорию, а затем бросились в полицию. Отделение полиции было поднято по тревоге, вдобавок к этому весть о потерявшемся ребенке разлетелась по селу, стал прибывать народ на поиски. Таких добровольных помощников было много. Молодежь на скутерах и мопедах объезжала обочины всех близлежащих дорог (вдруг ребенка сбила машина), методично обходили все территории, исследовали люки и подвалы. Тщетно. 
Страшную находку обнаружили во втором часу ночи в бане нежилого дома, который стоит неподалеку от места жительства ребенка. Артемка лежал в баке из­под воды. При осмотре места преступления даже опытным полицейским и представителям следствия и прокуратуры стало дурно. А тем, кто сегодня выступает в роли подозреваемых?
– Это же чудовища, – сквозь слезы рассказывает Ольга. – Когда я проезжала мимо этого дома, то видела их. Спросила, не видели ли маленького мальчика, они засмеялись и сказали: «Потеряла? Ищи!» 
Опять же по словам родственников и знакомых, которые не связаны законодательными ограничениями в сообщении информации, Виталя и Саша, истязав ребенка, пошли гулять и встретили третьего участника драмы – девятилетнего Степу. Похвалились своим «подвигом», а когда тот не поверил, повели его туда, в баню. Пока этот мальчик проходит свидетелем.

А начиналось все с кошки
Конечно же, сегодня все службы буквально под лупой изучают работу, что проводилась органами профилактики с семьями, в которых растут эти ребята. Но, по словам участников собрания, что прошло в половинской школе, тревожные звоночки были. О плохом поведении парнишек, их жестоком обращении с животными в эти дни говорят многие. И что один из них отрубил головы маленьким гусятам, что другой удавил и утопил котенка. Что они обижали в школе ребятишек. А также о том, что их родители буквально в штыки воспринимали подобные замечания со стороны других. 
Виталя растет в семье бабушки, которая является опекуном. Воспитывает, можно сказать, с пеленок. Сама была в свое время инициатором лишения родителей, то есть собственного сына и снохи, родительских прав. Пыталась оградить ребятишек (у мальчика есть еще и сестра) от шлейфа дурного наследства – Виталин папа отсидел в тюрьме, был срок за плечами и у мамы, страдающей алкоголизмом и подколовшей человека. Внешне условия для пацана были созданы: дом – полная чаша, у него отдельная комната, компьютер и неистовая защита со стороны родных от любых замечаний посторонних. У бабушки высшее образование, она участвовала в общественных мероприятиях, вела здоровый образ жизни, хозяйство. Но ее усилий, видимо, не хватило исправить дурную наследственность внука, а может, она не так с ней боролась – сегодня специалисты изучают проблему.
Сашу и еще двух малышей мама воспитывает одна. Ей помогают бабушка и дядя парнишки. Соседи отмечают нелюдимость, замкнутость семьи, а также агрессию – на любое замечание в адрес детей реагируют матом, в дом ни учителей, ни проверяющих не пускают. А во дворе – живописная свалка. Мама в свое время окончила Введенскую вспомогательную школу. Кстати, по итогам прошедшего учебного года медико­педагогическая комиссия вынесла решение о том, что Саше показано обучение именно там – он не смог усвоить программу первого класса.
В семье, где растет Стёпа, тоже трое детей, только если у младших есть родной папа, то у него – отчим. Отношения с ним не складывались, основным методом воспитания, по рассказам свидетелей, он считает битье парнишки. Когда возвращался с работы (ездит на вахту), то Стёпа старался не показываться ему на глаза, по возможности не ночевать дома. Мама, видя эту картину, тревоги не поднимала. Во всяком случае, не обращалась в правоохранительные или иные органы с просьбой помочь.

Инструкция есть, порядок прописан…
Семьи, в которых растут эти трое, были на контроле у всех – опеки, КДН, полиции, социальной защиты. Например, Виталя дважды за нынешнее лето отдохнул в санатории и загородном лагере. Они были в поле зрения полиции и комиссии по делам несовершеннолетних (КДН), в частности, за кражи велосипедов. Как сказала приехавшая на открытое родительское собрание в Половинскую среднюю школу начальник Главного управления образования области Любовь Бобкова, есть все инструкции, прописаны все порядки, но формальный подход их исполнения привел к трагедии.
– Мы всё отчитываемся и отчитываемся, но порой за отчетами себя не видим и других, – говорил об этом же исполняющий обязанности заместителя губернатора области по социальным вопросам Дмитрий Пожиленков. Он передал родным соболезнования от губернатора и членов правительства, заверил во всесторонней помощи, а также в том, что сегодня многое делается для того, чтобы подобное не произошло не только в Половинском районе, но и в Зауралье.
В понедельник прошло внеочередное заседание КДН, на котором все службы отчитались о работе с этими семьями.

Почему ЭТИ не понесут наказание?
Уже утром в пятницу, когда страшная весть разнеслась по райцентру, народ зашумел. К понедельнику страсти накалились настолько, что люди собрались выйти на митинг. Людей мучает вопрос – как их дети пойдут в школу, если малолетние преступники через месяц могут вернуться из центра для несовершеннолетних правонарушителей, ведь наказание для них законом не предусмотрено – малы еще. Уголовная ответственность наступает лишь с 14 лет.
– Мы должны быть уверены, что эти дети в школу не придут, – заявили родители представителям власти. 
– Эти дети в школу больше не вернутся, во всяком случае в Половинскую точно, – заверили представители области. – Что касается родителей, то опекунство бабушки в отношении мальчика и его сестры будет прекращено, а в отношении мам двух других проводится работа по возможности лишения их родительских прав.
Собственно говоря, это все, что можно сделать на нынешнем законодательном поле. Родителей можно привлечь к административной ответственности, иного наказания не существует. Именно это тревожит народ. Мысль, что малолетки так ничего и не поняли, а родители даже не попросили прощения у родителей Артемки за жестокость своих чад, вызывает у сельчан, да и у сотен жителей Зауралья и России, душевную обиду и гнев. 
***
Как относятся люди к современной системе наказания за преступление, в чем видят причину зла, что предлагают, каковы дальнейшие действия власти, почему все мы стали такими равнодушными – об этом в следующий раз. Мы примем и ваши отклики, читатели. Отправляйте их по почте, обычной или электронной gal­ abramova@yandex.ru, gazetanm@mail.ru.
… Когда Ольга встала со стульчика, на котором мог бы через пару лет сидеть ее сын с первосентябрьским букетом, полный зал средней школы затих.
– Спасибо всем, кто помогал нам в поисках пропавшего сына, кто был с нами в страшные дни, кто сейчас поддерживает нас. Спасибо за ваше неравнодушие, сопереживание, поддержку. Я буду за всех вас молиться, пусть Бог хранит ваших детей от встреч с нелюдями.
Даже некоторые мужики смахнули слезу. Родным жить с этим страшным горем, да и всем нам. Потому что так и терзают душу вопросы – как, почему стало возможным, чтобы девятилетние–десятилетние ребята средь бела дня замучили ни в чем не повинного малыша, где мы все недоглядели?
Читать на nm45.ru
> Категория: Главная | Просмотров: 484 | Добавил: Абв | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar